Главный редактор «Довода» Илья Косыгин рассказал, как заново открыл для себя фильмы российского режиссёра Алексея Балабанова.
Балабанова называют «главным русским провокатором от кино» – в его фильмах часто присутствуют насилие всех видов и сексуальные сцены в неприглядно-грязном изображении, мрачные и депрессивные мотивы.
«Все знают его по «Брату», «Брату 2», максимум ещё помнят «Жмурки». Но, конечно, главное его произведение — это «Груз 200».
На днях я посмотрел последние картины это режиссёра, которые я почему-то раньше игнорировал. И «Кочегар» произвёл на меня сильное впечатление. Как и всё у Балабанова, это кино о полнейшей аномии российского общества — никакого психологизма, никакой моральной рефлексии.
Насилие в мире Балабанова не выглядит исключением или трагическим надломом — оно встроено в социальную ткань и воспринимается как элемент повседневного порядка. Смерть в этом мире — абсолютная рутина, потому что все давно духовно мертвы.
И даже образ положительного героя, кочегара, который творит «месть маленького человека», тоже в целом вписывается в эту картину. Даже когда бандиты убили и сожгли его дочь у него на глазах, кочегар принял это как будто что-то «обыденное» — просто пошел, убил их, потом порезал себе вены и «спокойно» умер. Реакция кочегара лишена катарсиса и эмоционального подъёма.
Финал этой драмы не восстанавливает справедливость в классическом смысле, а лишь подтверждает, что в этом мире даже возмездие уже утратило способность что-либо изменить.
Я удивляюсь, почему Балабанова ещё не объявили в России «иноагентом» и «очернителем родины». Наоборот, о нём российское телевидение снимает документальные фильмы. Но при этом я не знаю режиссёра, который видел бы Россию настолько мрачно. Даже у Звягинцева всё не так плохо», – считает Илья Косыгин.